Category: путешествия

Category was added automatically. Read all entries about "путешествия".

fabian

И ключи от квартиры, где деньги лежат...

Такая уж у меня судьба: я могу стоять в толпе с книгой или наушниками и спокойно ждать электрички, но попрошайки, бомжи, городские сумасшедшие и просто странные личности обязательно привяжутся ко мне, а не к остальной сотне людей, ждущих того же поезда на станции. Остается только записывать эти случаи для истории.

Вокзал Пенсильвания. Нью-Йорк. Вторник. 11 утра.

- А можно твой телефон позвонить? - услышала я фразу, адресованную мне я на чистом русском языке. От неожиданности я даже вздрогнула.

- Я плохо по-английски говорю, подумал, может, ты по-русски понимаешь! Повезло.

Подняв глаза, я увидела мужчину неопределенного возраста с грязными волосами в видавшей виды куртке.

- Куда вам звонить?

- Да здесь вот, в Нью-Йорк. В Бруклин.

Я протянула ему телефон, удостоверившись, что поблизости есть полицейские.

- Здравствуйте, - начал он говорить по телефону. - Я вот только приехал в Нью-Йорк. Ищу работу. У вас есть работа? Английский? С английским у меня не очень пока… Работа да, нужна, но я без документов. Желательно в офисе, пожалуйста. На Манхэттене или в Бруклине. А, понятно. Ну хотя бы что-то, очень нужна работа! Куда подъехать?

Есть поговорка: простота хуже воровства. Работа на Манхэттене в офисе без документов! Может быть, ему еще ключи от квартиры, где деньги лежат? Край непуганых идиотов.

Интересно одно: куда смотрит посольство США в Москве? Кому они там раздают визы? Хотя, не исключено, что в Штаты он попал пешком через Мексику, судя по потрепанному виду.

Кафка отдыхает, друзья.
fabian

Новый Орлеан. Часть 2. Аквариум и поездка по луизианским болотам.

Начало

Когда пишешь о путешествиях, трудно остановиться. Пролетели мигом несколько часов, которые я провела, рассказывая о начале поездки в Новый Орлеан. Как будто заново прошлась по его улицам, послушала джаз и выпила бокал коктейля “Ураган”. Какая ирония в том, что “Ураган” - это название одного из самых популярных коктейлей Нового Орлеана. Он был популярен еще до удара Катрины, урагана, добавившего сладкому коктейлю горечь жестокой иронии.

Или лучше сказать, когда пишешь о чем угодно, трудно остановиться. В моем случае. Трудно начать писать, но если начнешь, то еще сложнее - перестать.

Второй день пребывания в Новом Орлеане мы провели, общаясь с природой. С утра - поход в аквариум Audubon (читается - “Одубóн”), ранним вечером - поездка на катере на болота для тесного и личного общения с его дикими обитателями. Например, с аллигаторами.

Новоорлеанский аквариум даст фору нью-йоркскому. Здесь больше рыб, медуз и актиний, интереснее экспозиции.

DSC_1782
Жаркий день. Дети играют в фонтане на набережной Миссисипи, рядом с аквариумом.

Collapse )
fabian

Новый Орлеан. Часть 1. Еда и ночная жизнь.

Странное место, как раз как я люблю. Чем страннее, тем интереснее.

Здесь, как в местном блюде гамбо, замешаны разные культуры, традиции разных стран, давшие пищу для роста собственных орлеанских традиций. Когда-то эти места принадлежали Франции, Испании, потом стали частью США. Но до конца Америкой Новый Орлеан так и не стал. Он остался особенным местом.

Когда меня спрашивают, как там, в Новом Орлеане, и у меня нет времени рассказывать в деталях, я говорю, что у меня такое ощущение, будто я съездила за границу, что я побывала за пределами Америки.

Необыкновенность Нового Орлеана странным образом роднит его - в моем мироощущении - с Нью-Йорком. Сходство в свободе творчества и самовыражения, в контрасте пристыженной бедности и слепящего глаза богатства, а также - в трагедиях, память о которых свежа, и раны от которых еще долго не затянутся. Ураган Катрина в Новом Орлеане и 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке.

Collapse )
fabian

....

А у меня масса планов на эту осень.

Совсем скоро - поездка в Вудсток, тот самый, где проходил в 1969 году знаменитый рок-фестиваль. Поход в холмы! В холмы поедем на Убере, потому что как же еще туда добраться без машины? Уже заказан отель в Вудстоке и автобус до места назначения.


Фото отсюда
Я опоздала почти на 50 лет, но что делать. У меня есть хорошая отговорка - меня тогда еще не было.

В один октябрьский уикенд меня ждет поездка в Сонную Лощину (Sleepy Hollow) - “столицу” Хэллоуина - и билеты на два шоу. Одно - знаменитое хоррор-шоу, другое - пьеса по мотивам рассказа Вашингтона Ирвинга “Легенда Сонной Лощины”. Помните кино Тима Бёртона “Сонная Лощина” с Джонни Деппом? Это то самое место.
В другую субботу октября у меня фотосессия в стиле пин-ап и будуар. Давно хотела сделать фотосессию, пока еще возраст не стал сказываться на внешности. Хотела похудеть к этому знаменательному событию и привести себя в форму, но этого не случится, похоже. Остается надеяться на волшебство фотографа и фото-фильтры.
Каждые выходные - катание на велосипеде, встречи с друзьями, а дома - просмотр кино. Обожаю сайт кинофестиваля Sundance с его глубокими документальными фильмами и авторскими художественными картинами. Netflix у меня теперь на вторых ролях.

Можно сказать, что я активно стараюсь балансировать работу, физические нагрузки, отдых и интеллектуальное развитие. Это правда лишь отчасти.

Я - великий прокрастинатор. Самую главную задачу я задвигаю в долгий темный ящик и отвлекаюсь. Эта задача - поиск новой работы. На этой работе мне все тяжелее. 50 часов работы в неделю сказываются на мне. Но искать работу ПОСЛЕ того, как ты отработал такую уйму часов, кажется пыткой. Хочется жить, а не только работать. Вот где корни всей моей осенней бурной деятельности и моего внутреннего конфликта.
Пока я продолжаю активно прокрастинировать, вы мне скажите, вам интересно было бы почитать про Новый Орлеан?

Этим летом я побывала в Новом Орлеане, и за три коротких дня набралась массы впечатлений. Удивительное место. Даже не верится, что это тоже Америка.

Я все равно о нем напишу, потому что хочу поделиться и задержать в памяти эту поездку. Мне безумно жаль поездок в штат Монтана, в Индию и в Испанию, которые уже начинают растворяться, блекнуть в памяти. Память - предатель. Обещает хранить картинки и ощущения, и каждый раз обманывает, стирает важные детали. Единственное, что можно ей противопоставить - это попытку запечатлеть воспоминания в письменном виде, обвести мозг вокруг пальца. Когда мы о чем-то пишем, мы переживаем эти события и ощущения заново. Это здорово и дарит надежду.
fabian

Провал второй попытки пройти Рокавей и разговорчивый адвокат



Лето - это время теплых ночей, долгих прогулок по городу, жужжащих цикад и взлетающих над газонами светлячков. Это время летящих шелковых платьев, коротких шортов, яркого лака на ногтях и босоножек. Это пора коктейлей - мохито, маргарит и пиньи-колады и дайкири, танцев до утра и рассветов над океаном.

Нам, как детям, хочется, чтобы лето никогда не заканчивалось. Но оно всегда подходит к концу, оставляя нас мечтать о следующем лете, строить планы, которым не всегда суждено осуществиться.

По-русски мы даже про возраст спрашиваем: “Сколько тебе лет?”. Мы считаем лета́, а не годы, а наши предки писали летописи времен.

Лето. Столько ассоциаций в этом коротком слове, сколько ярких воспоминаний оно пробуждает к жизни!

С утра я вышла из дома и, окунувшись в неожиданно прохладный воздух, я вспомнила, что сегодня 1 сентября. В России настала осень. Здесь осень наступит лишь 22 сентября, потому что времена года сменяются, согласно солнечному календарю, с приходом солнцестояний и равноденствий.

Но где-то в глубине уже шевелится осенняя хандра. Напоминаю себе, что у каждого времени года есть свои радости. И у золотой осени с ее красками, и у зимы с чередой праздников, вереницей гирлянд и уличных ярмарок.

Но пока на душе еще лето. А лето - это прежде всего океан. Сладко-горькая ностальгия по жизни на берегу Атлантики, по моему первому лету в Америке навсегда останется моим спутником.

Это одна из причин, почему мне так нравится ездить на океан, ходить по берегу, слушать волны, вспоминать о чем-то, мечтать.

Первая попытка пройти по побережье Рокавей из одного конца до другого провалилась из-за атаковавшей меня стаи диких птиц.

Вторая попытка также не увенчалась успехом. Хотя начиналось все прекрасно: солнечный, в меру теплый день, хорошее настроение, удобные босоножки и полная готовность совершить задуманный поход.

В этот раз я не стала искать приключений, идти вдоль кромки воды и связываться с птичьими бандами, а выбрала более простой маршрут - по зацементированной набережной.

Когда-то, до урагана Сэнди, который обрушился на Нью-Йорк за два дня Хэллоуина в 2012 году, устроив нам реальные, а не инсценированные ужасы, набережная была дощатой. Но Сэнди разнес доски в щепки, поломал дома у берега и устроил в Рокавее хаос.



Набережную полностью восстановили только через пять лет после урагана. Последнюю очередь строительства сдали в 2017 году перед открытием пляжного сезона.



Ярко-голубое небо. Синий океан. Прозрачный, чистейший воздух. Никакой дымки и мглы. Видно далеко-далеко. Где-то там в нескольких километрах от берега стоят на якоре суда. Ждут очереди, чтобы пройти в порт.

Collapse )
ny loves me

Как бесславно прошло мое бегство от цивилизации




Если бы год назад мне бы сказали, что президентом будет Дональд Трамп, а я буду работать в отеле для собак, я бы рассмеялась. Трудно сказать, что бы показалось мне более неправдоподобным.

Жизнь - забавная штука. Как говорил Форрест Гамп, это коробка шоколадных конфет, никогда не знаешь, какая тебе попадется…

За повышение на работе пришлось расплачиваться - долгими часами работы, а именно 50-часовой рабочей неделей. Сидишь на работе по 10-12 часов ежедневно, и мечтаешь о выходных как о небесной манне.

Не стоит забывать, что Америка - страна победившего капитализма.

Но, кроме капитализма, здесь балом правит трудоголизм. Многие гордятся тем, что “живут” на работе и с гордостью носят синяки под глазами, следствие задержек на рабочем месте и недосыпа. Гордятся не напоказ, но нотки гордости нет-нет, да и проскользнут в голосе, когда они рассказывают, как провели весь год без отпуска или вызвались работать сверхурочно.

Такие интересные особенности американского менталитета связаны с пуританами, которыми были многие из первых переселенцев в Новый Свет. Их отношение к работе, к труду как к чему-то святому, восприятия труда как добродетели, а работы (в том числе и вполне коммерческой деятельности, например, той же торговли) как способа поклонения Богу.

Концепция переросла рамки религии и стала своего рода национальной идеей, если широко посмотреть. Американская мечта в ее распространенной интерпретации - это труд, самореализация, достижение вполне конкретных целей, будь то свой бизнес или просто пресловутый домик с лужайкой… Это, безусловно, замечательно и куда лучше, чем ждать с неба погоды и ничего не делать для собственного успеха. Но и перегнуть палку тоже можно.

У меня есть подруга, которая работала бухгалтером по налогам. Она сотрудничала со многими состоятельными клиентами. Меня до глубины души поразила одна история, которую она мне однажды поведала. Ее клиентка, женщина в довольно солидном возрасте, призналась ей, что не собирается уходить на пенсию, хотя вполне может себе это позволить. Ее отец умер за рабочим столом, и она бы хотела найти такой же конец. Ужасная, по-моему, история. Бедная богатая женщина.

Я, по правде говоря, далеко не трудоголик. И по пятьдесят часов в неделю не сама вызвалась работать, а согласилась, потому что таким был договор с руководством. И уж точно не горжусь тем, что сижу на работе по с зари до зари, нечем тут гордиться.

Всвязи с моей теперешней ситуацией мне часто вспоминается кабальный труд в Америке. Назывался он indentured servitude. Речь идет о 18 веке, когда бедные европейцы ехали в США без гроша в кармане. Предприниматели оплачивали им проезд через океан, а они, в свою очередь, отрабатывали потом несколько лет у них на фабрике или ферме. Я их понимаю. Тоже отрабатываю - свою руководящую должность, которая мне нелегко досталась.

Встаешь с утра, если есть силы, сходишь на пробежку в парк, возвращаешься домой, в душ, выпьешь кофе - и на работу… А вечером, как вернешься, на часах десятый час, и уже ничего не хочется. Только плевать в потолок смотреть Netflix и читать книжки. Если я-таки встречаюсь с друзьями после работы, то вытаскивать себя из кровати на следующее утро приходится за уши. Я на днях заснула у дверей ванной, свернувшись колачиком на пуфике. Не знаю, как долго я выдержу, самой интересно.

Странно ассоциировать себя с этой работой. Говорить людям, что я менеджер в собачьем салоне-отеле-магазине. Я это или не я? Во всяком случае, не хотелось бы и у себя самой ассоциироваться только с работой и больше ни с чем.

Хочется писать. По-русски ли, по-английски, главное - писать. Тем более, происходит много всякого интересного, сюжетов... Та же работа, Нью-Йорк, общение с людьми, жизнь сама по себе, подкидывают великое множество.

Проблема в другом - где публиковать? Люди не хотят читать. Проще пролистывать картинки в Инстаграме, какие-то обрывки мыслей в Твиттере и смотреть бездумно мини-видео…. Ну и ладно, что не читают. Можно и для себя писать, заставлять извилины шевелиться. Им тоже нужен фитнес.

Расскажу о последних выходных.

В выходной, особенно в пятницу (выходные у меня в пятницу и субботу, и на том спасибо), у меня в последнее время нет желания ни с кем общаться. После интенсивного пятидневного марафона общения с клиентами и сотрудниками хочется уединиться. Но сидеть дома под одеялом - тоже не вариант.

Хочется на природу! К океану. К волнам. К морскому ветру.

Один из плюсов жизни в Нью-Йорке в том, что океан всегда рядом. Час - максимум, и ты уже у бескрайних вод.



В одну из пятниц я решила исследовать район Рокавей, в частности, его прибрежную часть.

Доезжаю на электричке до конечной остановки, прохожу быстрым шагом неприятный райончик с выбитыми стеклами и подозрительными личностями, оказываюсь в русско-еврейском (еврейско-русском?) районе с домами, оборудованными специально для пенсионеров, прохожу его и выхожу к океану.

Соленый ветер в лицо, песок, солнце. Соприкосновение стихий - воздуха и воды. Свобода. Хотя бы день, хоть несколько часов не думать, что надо куда-то бежать, что-то успевать, отвечать на электронные письма и звонки... Только Атлантика, соленый ветер и старый добрый русский рок в наушниках.

Амбициозный план состоит в том, чтобы пройти пешком весь полуостров Рокавей. Он большой. Одна только зацементированная набережная - семь с половиной километров. А если считать весь берег, получится в два раза больше. Забавно, если так подумать: Рокавей - географически часть Лонг-Айленда. Лонг-Айленд - остров. На острове есть свой полуостров.

Но я проваливаю свой амбициозный план уже во второй раз.

В первый - из-за напавших на меня диких птиц. Во второй - из-за разговорчивого адвоката.

В первый раз я решила пройти вдоль кромки воды. Искупалась в океане, собрала вещи и отправилась - в купальнике, спортивных босоножках и с рюкзаком за плечами - к другому концу Рокавей.



Ухожу вдаль от людного пляжа, прочь от надоевшей цивилизации. Иду мимо семей с детьми, замков из песка, рыбаков и невообразимого количество морских птиц. Толстые самодовольные чайки, альбатросы с загнутыми клювами, какие-то маленькие птички, бегающие стремглав по мокрому песку, чьих имен я, конечно, не знаю.

Постепенно пернатых обитателей пляжа становится все больше и больше, а людей - все меньше. Пока их не остается совсем. Кругом - одни птицы.

Разве не этого я хотела? Убежать от цивилизации к природе, чтобы воссоединиться с ней на несколько часов.

Однако, как выяснилось, природа совсем не горела желанием воссоединяться со мной.

Пара черно-белых птиц с красными клювами - oystercathers - ловцы устриц, как мне удалось выяснить позднее, начали кружить надо мной. То поднимаясь, то опускаясь
довольно низко, на расстояние меньше метра. Две, три, четыре… Уже семь! Они вели себя далеко не дружелюбно. Стали громко кричать и даже попытались меня клюнуть.

Ловцы устриц! Я что, похожа на устрицу?


Не мое фото, мне было в тот момент не до фотографирования нападавших.

У входа на пляж висит объявление: здесь живут птицы-представители охраняемых видов. В какой-то момент я почувствовала, что если какому-то виду в пределах видимости что-то и угрожает, так это мне.

Стоя посреди безлюдного пляжа и отмахиваясь от птиц тапком я почувствовала, каково это, оказаться один на один с дикой природой. Ощущаешь себя почти что путешественником-первооткрывателем. Самое интересное, при этом даже не обязательно выезжать за городскую черту Нью-Йорка...

Я бы с удовольствием взглянула бы на себя со стороны. Девчонка (или мне уже положено по возрасту писать женщина?) в купальнике размахивает босоножкой, пытаясь отпугнуть диких птиц. Как ни скажи, в любом случае зрелище забавное!

Тапок чайки (пардон, ловцы устриц) не боятся, как того и следовало ожидать. Вскоре к первым семи пришло подкрепление. Надо мной кружила уже дюжина птиц, а впереди на песке сидели еще несколько десятков их сородичей, готовых оказать им поддержку в любой момент.

“Иммигрантку из России в Рокавей заклевали насмерть”
“Женщину в Куинсе избили редкие птицы”


Я решила, что не буду давать таблоидам инфо-поводов для подобного рода заметок и уйду с пляжа подобру-поздорову. Развернулась и двинулась назад, сдавая свои позиции ловцам устриц. Пусть ловят устриц и дальше, а меня оставят в покое. После того, как птицы поняли, что я спешно ретируюсь с их территории, они отстали.

Так бесславно закончилась моя первая попытка пройти вдоль побережья Рокавей. Не прошла даже трети от запланированного. Зато была искренне рада вернуться к цивилизации, которая стала уже далеко не такой ненавистной, как до встречи с этой стаей.

Вторая попытка тоже провалилась, но это уже другая история… Может быть, расскажу и ее на днях.
ny loves me

Моя публикация в "Нью-Йорк Таймс"

Все началось с Набокова. Владимира Набокова, который свободно говорил и писал как на английском, так и на русском языке.

С его рассказа “Знаки и символы”. Оригинальная публикация в журнале New Yorker от 1948 года, перевод на русский.

В декабре 2016 года, под Рождество, я гуляла по Нью-Йорку, бродила по уличным ярмаркам, заглядывалась на празднично украшенные улицы, впитывала атмосферу любимого города. Я не заметила, как пролетело несколько часов, и ужасно проголодалась. Под кофе и французские тосты - нездоровое, но очень вкусное блюдо из обжаренного в масле и яйце хлеба - в маленькой кафешке, кажется, в Гринвич-Виллидж я села читать рассказ Набокова.

Мне хотелось почувствовать то эстетическое наслаждение, которое я непременно испытываю, прикасаясь к прекрасному, особенно - к литературе, существующей вне времени. О чем говорить, если я с огромным наслаждением читаю просто хорошо написанные статьи и посты в блогах и соцсетях. Меня завораживает умение людей владеть словом, передавать живые, трепещущие чувства, полутона и едва уловимые оттенки эмоций.

Я хотела прочитать что-то о Нью-Йорке. В ряде лучших рассказов о моем любимом городе (уже не помню, по чьей версии) оказался набоковский, его я и прочитала, не торопясь, под кофе, и поехала домой. Поразилась, как же это удивительно, что Набоков прекрасно писал как на русском, так и на английском. Стала вспоминать другие примеры, когда писатели создавали произведения на разных языках.

В электричке я чаще всего тоже что-то читаю, но телефон садился, а электронной книги у меня с собой не было. Я вовремя вспомнила, что у в рюкзаке завалялась вчерашняя “Нью-Йорк Таймс”, которую я подобрала на работе.

Начала листать ее широкоформатные, неудобные страницы. Пробегая глазами статьи о политике, об острых социальных проблемах, о гибнущих коралловых рифах, я обнаружила рубрику Metropolitan Diary. Рубрика состоит из маленьких заметок о Нью-Йорке, которые присылают в редакцию сами ньюйоркцы, читатели газеты. Проект существует с 1976 года и пользуется большой популярностью.

По идее, в “Нью-Йорк Таймс” может опубликоваться любой желающий. Необходимо лишь отправить им заметку длиной не более трехсот слов. Это должна быть правдивая история о Нью-Йорке. Проверить, правда это или нет, возможным не представляется, поэтому достоверность - исключительно на совести авторов. Можно прибегнуть к поэтической форме, стихи тоже публикуют.

Я знала о Metropolitan Diary и раньше. Но в тот вечер под впечатлением от набоковского творчества и его владения английским, под Рождество, когда хочется по-детски верить в то, что чудеса хоть иногда, но случаются - я решилась. Села, написала заметку и… была не была! отправила в “Нью-Йорк Таймс”.

История старая, рассказанная-пересказанная, я совсем недавно ее вспоминала всвязи со сменой работы. Та самая, про туристический автобус и гида, который сказал нам, что надо отъехать назад, чтобы продвинуться вперед.

Для меня этот эпизод много значит, а следовательно, мне совсем несложно было дать тексту эмоции. История правдивая и, как и положено, о Нью-Йорке.

Через два дня после того, как я отправила материал, мне на почту пришло сообщение из редакции “Нью-Йорк Таймс”. Они поблагодарили меня за присланный текст и сказали, что рассматривают его для публикации. Я должна была подтвердить, что ни разу не публиковала этот текст ранее и что история реально имела место быть.

После этого последовали три месяца ожидания. В первые недели я каждую ночь (материалы публикуются в Интернет-версии Metropolitan Diary ежедневно после полуночи) проверяла сайт “Нью-Йорк Таймс”. К февралю начала отчаиваться и стала заходить туда реже, где-то раз в неделю.

Не надо быть наивной дурочкой, думала я. Они из вежливости ответили мне на письмо, а публиковать мои скромные потуги они вовсе не собираются. Скорее всего, это вообще была автоматическая рассылка, чтобы местным графоманам не было так обидно, что их игнорируют. Где Набоков и где я? Эх, жизнь моя жестянка, да ну ее в болото!…

...В прошлый понедельник я сидела с моей близкой подругой в баре “Слепой тигр”. Мы наткнулись на него случайно, гуляя по Сохо. В баре горит настоящий камин и подают тридцать видов разливного пива. Душевное, уютное место, тихое в ночь с понедельника на вторник.

Уже не помню, каким образом, но речь зашла о моей, как я тогда думала, провальной попытке опубликоваться в “Нью-Йорк Таймс”. Я открыла сайт и увидела там мой материал, который был опубликован буквально несколько минут назад!

Я запрыгала от радости и, конечно, заказала еще пива. Не каждый день меня публикует “Нью-Йорк Таймс”! Ночью я долго не могла уснуть, мне было трудно поверить, что это действительно произошло со мной. Моя первая англоязычная публикация - и сразу в таком замечательном издании.


Вот, собственно, прочитать можно здесь.



А еще у меня появились первые критики. Кто-то под ником Imagine из Вестчестера, пригорода Нью-Йорка, написал, что это, мол, deepity. Слово на русский, похоже, не переводится. Означает нечто пустое и бессодержательное, но с претензией на глубину. Это, оказывается, такой термин, который мог бы, по словам моего комментатора, употребить философ Дэниел Деннет. Вполне конструктивная критика, а еще и кругозор расширяет.

Нашлись и те, кто вдохновился моей публикацией. Freddie - Фредди Ландау - написал стихи - на мотив песни Тони Беннета I Left My Heart in San Francisco.

I found real heart in New York City
Here on this bus, it speaks to me
I heard the words the tour guide said
"Go back to move ahead"
He said it once, that will suffice -
Great advice!

I don't think twice, it's New York City
A future here will come to be.
When I'll look back at you, New York City
I'll see my past and destiny.


А как вдохновилась я, не описать.

Получается, я могу уже связать пару слов на языке Вилья́ма, понимаете, нашего Шекспира. Помните, как там в “Берегись автомобиля”?
А не замахнуться ли нам на Вилья́ма, понимаете, нашего Шекспира?
Однако, замахнулась я на английский язык, осмелела.
fabian

Sometimes to go forward you need to go back



Эту старую историю я рассказывала много раз, в разной обстановке и разным людям. Я писала об этом случае здесь, но откопать свой старый пост я так и не смогла. В какой-то момент история настолько затерлась и истрепалась, что я почти перестала замечать ее символизм и глубину, все то, что настолько поразило меня тогда, в сентябре 2009 года.

Перед самым возвращением из Америки в Россию, дня за два или три, я приехала смотреть Нью-Йорк, притащив с собой большой рюкзак и лишние килограммы, которые я набрала в свое первое лето в Мертл-Бич, Южная Каролина. Фотографии со мной получались раз за разом “толстые” и не нравились мне совершенно. Я пришла к выводу, что достопримечательности будут смотреться лучше без пышечки на их фоне.

Как завзятый турист, не знающий ничего о новом для него городе, я купила билет на двухэтажный автобус, курсирующий по Манхэттену. Забралась на второй этаж и принялась наслаждаться видами, вглядываться в лица в толпе на Таймс-Сквер и близ универмага Macy’s на 34-й улице. Забавно, что мне понравились тогда эти места, их многолюдность и яркость рекламных экранов, а теперь же я изо всех сил стараюсь держаться подальше от орд туристов на Таймс-Сквер. Но больше всего я в тот день я глазела на верхушки небоскребов. У меня занемела шея, потому что я постоянно смотрела вверх.

Было жарко и солнечно, около полудня. Наш гид, пожилой американский еврей, рассказывал о достопримечательностях, отвешивал веселые шутки и не давал нам скучать ни минуты.

Где-то в Мидтауне, недалеко от Эмпайр-стейт-билдинг, движение застопорилось. Автобус оказался в пробке, вместе с желтыми такси и другими авто. Водитель сдал назад и автобус сдвинулся на полметра в противоположном движению направлению.

- Иногда, чтобы продвинуться вперед, нужно сначала отъехать назад, - сказал гид, глядя на меня. Я сидела недалеко от него, на втором ряду автобусных кресел.

Несмотря на то, что я старалась наслаждаться путешествием, все мои мысли были о том, что я не хочу возвращаться в Россию. Я боялась, что уже не смогу больше приехать в Америку работать, ведь я уже выпустилась из университета к тому времени, а получить визу, будучи студентом, - самый легкий способ. О том, чтобы остаться нелегалом, речи не шло. Я не из тех, что нарушает законы.

Эта фраза гида застряла у меня в голове. Sometimes to go forward you need to go back. Я прокручивала ее снова и снова, как старую пластинку, пока не поверила, не доверилась надежде. Я вернусь, обязательно! Иногда нужно отойти назад, прежде чем сделать шаг вперед.
Мечта сбылась. Я вернулась. Спустя три года я поселилась на окраине Нью-Йорка, удивительного города, который очаровал меня с первого взгляда и не перестает очаровывать до сих пор.

Мне порой кажется, что Нью-Йорк говорит со мной. В случайных фразах прохожих, в коротких разговорах с незнакомцами, в рекламных слоганах я временами нахожу адресованные мне послания. Нет, я не совсем съехала с катушек, я знаю, что если что-то таким образом и говорит со мной, то только мое собственное подсознание. Мне просто приятно представлять, что это Нью-Йорк. Так интереснее жить.


Иногда нужно отойти назад, чтобы продвинуться вперед.

На днях я снова вспомнила эту фразу, но совсем в другом контексте.

Я решила довольно резко изменить мою жизнь и уволиться с нынешней работы. Решила я уже довольно давно, около года назад, но случай подвернулся только сейчас. Я нашла новую работу, которая мне понравилась.

Никаких бумаг о неразглашении информации о работе я на этот раз не подписывала, поэтому не исключаю, что скоро напишу о своей новой работе подробнее.

Я буду работать в одном из шикарных районов Нью-Йорка - Трайбеке (Tribeca). В соседнем доме, если верить сотрудникам, живет Роберт Де Ниро.

Почему же я вспомнила о движении назад? Потому что я буду получать на порядок меньше денег. За больший объем работы. Что же я приобрету взамен? Больше обязанностей, больше участия в развитии бизнеса (продвижение в соцсетях, маркетинг, наращивание клиентской базы и пр.) и должность, которая наконец-то звучит более-менее солидно, во всяком случае будет лучше выглядеть в резюме. И, конечно, новый опыт в совершенно новой для меня сфере.

Было непросто принять это решение, мне были дороги многие люди на работе. Но дорога вперед не всегда бывает прямой, иногда она огибает холмы и горы и, кажется, возвращается назад. Но это только кажется. Главное, чтобы компас был настроен на правильное направление.
fabian

По следам урагана Мэттью - Южная Каролина

В августе 2011 года, больше пяти лет назад, когда я жила и работала в Мертл-Бич (штат Южная Каролина), меня навестить приехал мой молодой человек из Нью-Йорка. В этом статусе ему пришлось пробыть недолго, мы поженились уже в октябре 2011.

Я взяла на работе три выходных подряд, и мы провели их вместе. Остановились в отеле Springmaid.


фото отсюда

Одно из самых теплых воспоминаний - ночные прогулки по пляжу босиком, шум волн и лунная дорожка на воде.
На территории отеля был пирс, по которому мы тоже гуляли, правда, не ночью, а днем.
Был - ключевое слово.

Ураган Мэттью, ударивший по Флориде, Джорджии, Северной и Южной Каролинам, разрушил пирс



Я понимаю, что пирс построят заново, это туристический город, к весне все наверняка восстановят, сделают еще лучше и красивее, чем раньше.
Но все равно грустно. Потому что Мертл-Бич для меня - край ностальгии и навсегда им останется.
fabian

Ярмарка Ренессанса, Нью-Йорк, 2016. Часть первая.

DSC_0732

Ярмарка Ренессанса (Renaissance Faire) проводится в Нью-Йорке в течение двух месяцев по выходным - в субботу и воскресенье. В этом году это были август, сентябрь и первая неделя октября. Я успела посетить ярмарку в последнюю субботу, презрев моросящий дождь и в целом неприветливую погоду. Местами промокла и, похоже, заработала насморк. Но опыт того стоил. Тем более, я съездила туда одна, а значит, никто не мешал мне фотографировать вволю.

К слову, первая американская ярмарка Ренессанса, согласно Википедии, состоялась в южной Калифорнии в 1966 году. Нью-Йорк быстро подхватил инициативу и организовал свою ярмарку. Ярмарка-2016, которая только что закончилась, 39-я по счету. Первая нью-йоркская Ярмарка Ренессанса прошла в 1977 году в том же самом месте.

Не знаю, как в Калифорнии, но в штате Нью-Йорке, на окраине поселка Таксидо (Tuxedo), уютно устроившегося у подножья лесистых холмов Рамапо, под Ярмарку отводится целый городок. Специально для Ярмарок построены декоративные средневеково-фэнтезийные домики, мостики и арены для рыцарских поединков. По сути, используется вся эта красота только два месяца в году.

О самом городке тоже хочу замолвить слово. Tuxedo по-английски - смокинг. Мужской пиджак обязан своему названию именно этому маленькому городку в штате Нью-Йорк. Там жили состоятельные американцы, которые в конце 19 века переняли моду на эти пиджаки от англичан. Они так часто носили смокинги и обращали на себя внимание модными нарядами, что сам стильный (тогда или до сих пор?) пиджак в Америке прозвали Tuxedo. В 1930-х годах слово стало нарицательным. Сам же город получил название от слова из языка индейцев племени Ленапе, живших в этих местах. Оригинальное название Tucseto означает "место медведя". Вот так - от медведей к пиджаку для светских приемов.

Все-все, возвращаюсь к Ярмарке.

Вход на Ярмарку платный. Если не ошибаюсь, 25 долларов. Я купила билет в интернете. Он, помимо входа, включал проезд на автобусе до Манхэттена и обратно и стоил 50 долларов.

Для Ярмарок  Ренессанса организаторы нанимают актеров и персонал, которые развлекают народ. Посетители тоже участвуют в создании атмосферы, облачаясь в самые разные наряды - от викингов до пиратов, фей, эльфов и других фэнтезийных персонажей. Можно "быть" кем душе угодно. Кто-то, вроде меня в последний раз, ограничивается плащом или корсетом.

Collapse )